Евгений Редько

Форум персонального сайта e-redko.ru
Текущее время: 25 сен 2020, 06:25

Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 74 ]  На страницу Пред.  1 ... 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 26 апр 2008, 13:47 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 27 дек 2007, 01:38
Сообщения: 552
На другом берегу

“Пьеса - не железная дорога! ”А вот железных дорог у нас-то и нет.
Вот и еще одно дело - раскрыть эту страну".
В. Г. Белинский (Т. Стоппард “Берег утопии. Кораблекрушение.”)

Пьеса появилась. А дорога? Оказалось, что путь к другому берегу пролегает через глубокое море и добраться до него не так просто. РАМТ предлагает попробовать совершить это долгое (почти 10 часов), но очень интересное путешествие к далекому берегу. Берегу, с которого можно взглянуть на себя и берег свой по-иному. Берегу, где говорят, говорят, говорят и не боятся думать. Думают, несмотря ни на какие внешние обстоятельства, а говорят о том, о чем многие молчат. Берегу, где нет готовых решений и где можно попытаться понять, почему мы не просто хорошие или плохие, а именно такие. Путь труден и опасен, ведь берега омываются морем равнодушия, и корабль путешественников бросает по волнам. Последует ли за этим кораблекрушение? Это зависит от самих путешественников.

Том Стоппард и РАМТ возвращают в нашу современную российскую культуру ее бывших кумиров и деятелей прошлого. Возвращают их философские и общественные идеи в наш век, где они нисколько не потеряли своей актуальности.

Но кто же находиться в центре внимания спектакля и пьесы? Героям сначала дают высказаться, и только чуть позже, косвенно или из дальнейшего течения разговора мы понимаем кто перед нами: Бакунин, Белинский, Герцен, Огарев, Станкевич и другие персонажи нашей истории. Для значительного большинства людей от этих имен повеет грустью и тоской. Оно и понятно, ведь эти персонажи давно живут на страницах школьных учебников, и мы привыкли считать их безнадежно забронзовевшими. Английский писатель и РАМТ вместе с ним показывают нам их сложными, противоречивыми, но живыми и яркими людьми. Возвращаясь к ним, к вопросам их волновавшим, мы возвращаемся в их мир. И мы видим, насколько этот мир хрупок, зыбок, а порою очень опасен. Этот факт удивительным образом подчеркивает художественная постановка спектакля. В течение всего спектакля над героями нависает конструкция из деревянных пластин, грозя упасть в любую минуту и разрушить все, что ни попадется. По форме иногда они удивительным образом напоминают нож гильотины (он упадет в революционые дни во Франции и заберет ее деятелей). По ходу спектакля они трансформируются то в тюремную стену, то в стены хмурого и тоскливого кабинета или жилища, постоянно пытаясь ограничить, остановить, придавить, затащить в определенные рамки.

На сцене мы видим людей, главным несчастьем которых (или счастьем?) было родиться с таким умом и “бациллой колоссальной энергии” в России. Энергия, на которую нет здесь нет спроса и, более того, нет понимания и даже желания понять этих героев. Хотя трудно вспомнить людей, так много спорящих и заботящихся о России, ее будущем более чем о самих себе и своей судьбе. Они не могут не думать о России и не хотят не думать ней. Даже за рубежом не удается им ни разорвать связь с Россией, ни “откашлять” ее, ни хотя бы заглушить свою боль о ней. Поэтому мы находимся в центре постоянных диалогов. И здесь вновь перед нами предстает удивительный рисунок спектакля. Слиты два пространства: сцены и зрительного зала. Перекинут своеобразный мостик. Сцена аккуратно причалила к залу и плавно переходит в него, занимая значительную часть партера. Рушится эта невидимая четвертая стена. Зритель становится не сторонним наблюдателем, а одним из членов “революционного кружка”. Диалоги между героями перерастают в диалог со зрителем, а тот в свою очередь во внутренний монолог каждого зрителя и оттуда (кто знает?), быть может, в диалог каждого с окружающей действительностью.

Сами действующие лица выглядят немного непривычно и несколько противоречат обычному представлению о них. Может это оттого, что они здесь, словно, наши современники, мы оказались лицом к лицу и видим не только их достоинства, но и очень многие недостатки. Видим их нервный и сложный характер, но главное мы, наверное, впервые смотрим на них как на себя, а вопросы, их волнующие, актуальны для России и для нас в 21 веке.

Есть удивительная фраза одного поэта: ”И чтоб от истины ходячей всем стало больно и светло”. От спектакля действительного и больно и светло. Конечно, намного приятнее, когда просто светло и легко, а вот такую, пусть светлую, боль мало кто любит. Но надо уметь видеть себя с другого берега. Взглянуть на себя, на свою картину жизни и картину родной страны порою не так серьезно, порою не так эмоционально и не так предвзято. А иначе как мы, путешествуя по жизни и наблюдая все происходящее вокруг, сможем приблизиться к ответу на вопрос: ”А что же не так на этой картине?”

Александр Бородин,
МГУ им. М. В. Ломоносова,
физический факультет
http://www.stoppard.ru/index.php?p=mpages&id=67

_________________
La fleur de l'illusion produit le fruit de la réalité...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 26 апр 2008, 14:03 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 дек 2007, 03:12
Сообщения: 27
Откуда: Москва
Ой, мою рецензию опубликовали..)


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 26 апр 2008, 14:23 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 27 дек 2007, 01:38
Сообщения: 552
о! вот так и узнаешь людей! :P
замечательно как!!!! :P

_________________
La fleur de l'illusion produit le fruit de la réalité...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 26 апр 2008, 16:07 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 27 дек 2007, 01:38
Сообщения: 552
"Берег утопии"

По собственному признанию Тома Стоппарда, на написание «Берега утопии» его вдохновил сборник эссе Исайи Берлина «Русские мыслители». Но для меня до сих пор остается загадкой, как англичанин смог написать такую русскую пьесу, что я и мои сверстники не смогли удержаться от восклицания «Да это же про нас!». Или дело вовсе не в национальном колорите, а духе времени, который удалось передать драматургу. В любом случае, я безмерно благодарна сэру Стоппарду за возможность взглянуть «с другого берега» на наше не столь отдаленное прошлое. А прошлое, согласно квантовому подходу к истории, столь же неопределенно, как и будущее.

Я и мои сверстники хорошо узнаем себя в героях первой части трилогии. Будущие классики - пока еще молодые люди, ничем не прославившиеся, но уже твердо решившиеся выбиться в гении. Философия, в которой все сходится и есть их утопия.Они еще не знают жизни, мыслят прекрасными абстракциями. Они все молодые эгоисты и «прикладные гуманисты». Каждый из них мог бы подписаться под словами Михаила Бакунина: «Мой долг – самовыражение. От меня зависит будущее философии в России».

«Кораблекрушение» в бытовом плане - это гибель парохода, на котором плывут мать и сын Герцена, личная драма. В символическом – это утрата иллюзий, связанных с европейской философией и европейской революцией.

Оказывается, европейские радикалы только тем и занимаются, что строчат заголовки для завтрашних газет, в надежде, что кто-нибудь другой совершит нечто достойное их заголовков. Революция 1848 года в изображении Стоппарда – фарс чистой воды. Карл Маркс просит Огарева как-нибудь иначе перевести фразу о «призраке коммунизма», чтобы не продумали, что коммунизм мертв изначально. Марш-бросок под предводительством радикального поэта Георга Гервига превращается в пикник. И только русские мыслители принимают происходящее близко к сердцу.

Впрочем, их всех воротит от утопий. Они уже не бегут от реальности, потому что дальше бежать некуда. Но, вот незадача, реальность получилась у каждого своя. Стоппард – мастер парадоксов. Он сталкивает позиции своих героев, которые высказывают их вполне серьезно. А в результате столкновения получается абсурд!

Но, разочаровавшись в Европе, герои снова обращаются к России. Они убеждены, что у России есть шанс. В этом первая заслуга героев Стоппарда - в том, что они нашли свой путь: «Если мы только кузены в европейской семье, это не значит, что мы должны развиваться так же, зная, куда это приведет». Вторая заслуга в том, что, отказавшись от утопий, они научились жить настоящим. «Смысл не в том, чтобы преодолеть несовершенство данной нам реальности. Смысл в том, как мы живем в своем времени. Другого у нас нет».

Эта пьеса - рассказ о том, как один человек создал русскую литературу, а две семьи подготовили революцию. Причем герои Стоппарда революционеры не только в области мысли, но и в быту. Они убеждены, что в жизни есть место не только борьбе, но и счастью. Это делает их живыми.

Но «будет гроза», которую они сами накликали. Потому что за все надо платить свою цену. Потому что Рыжий Кот не прощает тех, кто дерзнул что-то преодолеть, и предлагает выскочкам самые суровые испытания.

«Кто же этот молох, пожирающий своих детей?» - не раз задаются вопросом герои Стоппарда.

Существует теория, согласно которой информация существует лишь во времени, но не существует в пространстве (в пространстве существует только ее носитель). Поэтому информация имеет свойство тиражироваться и накапливаться. В конце концов, стало возможным объединение информации в некие системы подобно тому, как из атомов в ходе эволюции возникли живые организмы. Так появились так называемые информационные объекты, по-своему разумные структуры, обладающие собственными целями, психологией и особенностями поведения. Пока описано несколько типов информационных объектов: Голем, Левиафан, Юстас, Эгрегор, Динамический сюжет. Иными словами, Рыжий Кот – это зооморфная персонификация информации, которая вышла из под контроля создавших ее людей.

Интересно, что Рыжего Кота в спектакле играет тот же актер, что и доктора Базарова. Так что мнение о том, что «новых людей» создали Герцен и его кружок не совсем верно. Герцен сотоварищи, сами того не подозревая, выпустили на волю Рыжего кота, а уже он по собственной инициативе начал свои похождения в информационном пространстве.

Если проследить эволюцию Рыжего Кота, то можно заметить, что, взаимодействуя с ним, герои оказывают на него влияние. Сначала Кот – это абсолютный субъективизм, который разделяют все участники кружка, а пуще всех Белинский и Станкевич, которые падают первыми жертвами. Затем Рыжий Кот – это воплощение диалектики Маркса:
«На этой картине что-то не так. Кто этот диалектический Рыжий Кот с его ненасытной жаждой человеческих жертвоприношений? Этот молох, который обещает, что после нашей смерти все будет прекрасно?»

Эти информационные объекты чем-то сродни языческим богам. И подобно герою древнегреческой трагедии Герцен ставит вопрос о предопределении: «Надо двигаться дальше и знать, что на другом берегу не будет земли обетованной, и все равно двигаться дальше».

Обратим внимание на построение пьесы. Действие не развивается линейно, а периодически возвращается в прошлое. Но это прошлое переживается уже совсем иначе: взгляд под другим углом, со стороны. Это ни что иное, как рефлексия. На случай, если герои и зрители чересчур увлекутся философским поиском, сюжет вернет их в одну из узловых точек, чтобы задать себе вопрос «Что не так на картине?».

«Берег утопии» нравится, потому что это про нас, про мое поколение. Мы пропитаны тем же милым пафосом, теориями, попыткой выйти за пределы неизвестно чего. Нас тоже многое не устраивает в действительности, нам кажется, что мы знаем как лучше. Мы также увлеченно читаем книги по философии. И мы много пишем, потому что верим, что в эпоху высокой виртуальности, создавая образ в информационном пространстве, можно воздействовать на действительность.

Из личной переписки после просмотра «Берега утопии»:
«Они просто знали, что их энергия прорвет какой-то барьер, а дальше плыть будет веселее, не потому что утопия, а потому что стиль жизни. Потому все неизбежно костенеет, обращается в камень, все, когда-то чистое, прекрасное и солнечное, становится грязным, потому что слишком много глаз его пачкали. Поэтому нам хочется найти новый источник чистоты. Для этого мы и устраиваем революции, неважно, в своем сознании или в мировом масштабе, чтобы из пепла доведенных до абсурда идей в жутких муках родилось что-то настоящее, чем можно жить и дышать».

Пьеса Стоппарда - учебник революции.
В «Путешествии» герои учат нас понимать несовершенство познаваемой нами действительности, не соглашаться с ней, пусть даже совершая побег в прекрасные мечты об Идеальном и Абсолютном. Кому-то не будет дороги обратно, но другие осознают, что для счастья нужно немного реальности и вернутся в строй.

В «Кораблекрушении» они учат нас смириться с необходимостью существующего миропорядка – только так можно на самом деле жить и быть счастливыми. Кто-то на этом успокоится, но кто-то пойдет и дальше – до самого высшего уровня человеческого счастья. Но только научившись убегать и смиряться, можно начать преодолевать. Главное, вовремя избавиться от тщеславной мысли, будто мы все играем в пьесе из жизни отвлеченных понятий.

Галина Бояркова,
Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова,
факультет журналистики
http://www.stoppard.ru/index.php?p=mpages&id=68#2

_________________
La fleur de l'illusion produit le fruit de la réalité...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 26 апр 2008, 16:08 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 27 дек 2007, 01:38
Сообщения: 552
"Берег утопии"

"Берег Утопии" - это спектакль - праздник. Собственно, этого достаточно. Он, скажем сразу, обладает удивительным, чисто стоппардовским свойством, вернее, способностью вызывать эстетическое восхищение выразительными возможностями театра как вида искусства. Вообще, сила пьес сэра Тома - в их абсолютной, безукоризненной театральности, той игре, которая и заставляет поверить в то, что перед тобой - самая что ни на есть настоящая жизнь. Набор его экспрессивных приёмов, в общем, давно отточен, многие из них доведены до совершенства уже в "Травести" и "Аркадии". Это и умение манипулировать историческими персонажами, реконструируя их характеры, переживания, всё то временное и личное, но ни в коем случае не стереотипное (стереотип у него - всегда объект иронии), что создаёт эффект узнавания - неузнавания, и безукоризненное владение сценой, её способностью к временному и пространственному растяжению вплоть до универсальных законов бытия, и выделение сценических атрибутов, вообще вещей как носителей универсальной, отстранённой памяти о событиях человеческой жизни. Ряд можно продолжать довольно долго, но важно другое. Всё это озарено столь могучим британским талантом, что после просмотра (или чтения, ибо читать их по меньшей мере так же интересно, как смотреть) пьес Стоппарда ещё долго преследует чувство своеобразного причащения некой истине или красоте, которая лежит за пределами самого произведения - как и за пределами нашего существования, но к которой мы приходим через него. Это - та самая избыточность смысла, которая есть свидетельство гениальности. Но даже она оборачивается у Стоппарда игрой.

Безукоризненность его пьес заключается ещё и в том, что их практически невозможно испортить постановкой. Сила текста способна увлечь зрителя даже при самой поверхностной режиссёрской трактовке. Хотя РАМТовская версия "Берега Утопии" - пример, конечно, обратный. Что вдвойне (а точнее, втройне) приятно, учитывая масштаб произведения.

Спектакль действительно поражает глубиной проникновения в материал, хотя поначалу этого, быть может, и не осознаёшь, поскольку он очень легко смотрится. С точки зрения специфики русского зрителя, решение играть все три пьесы в один день было попаданием в точку. Во-первых, это с чисто содержательной и, так сказать, археологической (в отношении материала), стороны обеспечивает цельность восприятия. Во-вторых, нам к таким объёмным вещам, и не только в области театра, не привыкать. Но самое, наверное, главное - то, что этот театральный марафон не перегружен, не тяжеловесен, он действительно переживается на одном дыхании. Минимализм пронизывающих и связывающих его художественных приёмов здесь играет, пожалуй, определяющую роль. Декорации в целом почти не меняются на протяжении всего спектакля: перемещение действия из усадьбы Бакуниных на каток и обратно, затем в Париж и, наконец, в Лондон осуществляется с помощью перемены обстановки при неизменном присутствии в глубине сцены свисающих линий и углов, то напоминающих рваные, пожелтевшие страницы, то превращающихся в паруса. Они служат постоянным семантическим фоном, будто аксиома, которую мудрый оратор-спектакль держит в уме на протяжении всей своей речи. К тому же пространство сцены – в полном соответствии с масштабом замысла – увеличено помостом, вынесенным в партер. Очень тонко продуманы переходы от сцены к сцене с варьированием костюмов и музыки в пределах, опять же, неизменного сюжета танцующих слуг. И всё это служит обрамлением виртуозного текста. О нём нужно сказать особо.

Стоппардовский текст - это всегда многомерная интеллектуальная игра. Кроме того, о его эрудированности ходят легенды: в ней, кстати, лишний раз можно было убедиться на примере недавно переведённой на русский язык гиперинтеллектуальной драмы "Изобретение любви". Да и то, что западный человек, впервые узнав о Белинском, Герцене и Бакунине, сразу решил сделать их персонажами пьесы, которую впоследствии с интересом наблюдали, в общем-то, чуждые русским делам люди по обе стороны океана, говорит само за себя. При этом своё творческое кредо Стоппард ясно и совсем по-английски сформулировал ещё в "Отражениях, или Истинном": "Мы стараемся писать так, как мастерят крикетные биты: чтобы слова пружинили, и мысль не увязала. Лёгкий удар – летит вперёд!". Вот эти "щелчки", "летания" мысли и есть главная задача для актёра и режиссёра, берущегося за такой текст. Именно умение окрылить мысль так, чтобы она не утратила своей весомости и есть признак хорошей постановки. А РАМТовский "Берег Утопии" - очень хорошая постановка.

Труппа Алексея Бородина идеально вписалась в набор персонажей, вернее, даже наоборот. Спектакль озарён целой плеядой блестящих актёрских работ. Илья Исаев раскрывает сложное, трагическое единение в образе Герцена общественного пафоса и личных переживаний, а Александр Устюгов превосходно вживается в барскую, отдающую нарциссизмом повадку Тургенева. Нелли Уварова с кажущейся лёгкостью играет сразу несколько женских ролей. Особенно хотелось бы выделить Евгения Редько, поразительно балансирующего между серьёзностью, глубиной своего героя и комичностью ситуаций, в которые он попадает. Таким по-стоппардовски обаятельным Белинского, наверное, мало кто представлял. Все они реализуют потенции авторского текста, разворачивают, заплетают, наслаивают его элементы один на другой, из чего и рождается живая, подвижная субстанция спектакля.

У этого текста есть ещё одна особенность - он ни в чём не пытается убедить. Эта особая интонация ироничной констатации, порой серьёзной, порой смешной, но всегда действующей скорее на уровне эстетического, чем риторического послания, чувствуется очень остро. В этом и состоит главная заслуга русского "Берега Утопии". Конечно, это спектакль о нас, о нашей истории, о нашей судьбе, возвращающий нам позабытых было героев живыми и невредимыми. Спектакль, значение которого в культурной жизни, может быть, ещё не осознано во всей полноте. Однако это ни в коем случае не идейный спектакль. По крайней мере, идея здесь - не цель, а средство. Благодаря глубокому проникновению в содержание, он уводит за его пределы. Его главное достоинство - в невозможности не понравиться даже тому, кому до «Герценов» и «Огарёвых» нет (или не было) никакого дела. Понравиться именно из-за своего эстетического расширения. И именно поэтому РАМТовский "Берег Утопии" - это, прежде всего, спектакль-праздник.

Николай Азовцев,
Московский государственный университет им М. В. Ломоносова,
исторический факультет
http://www.stoppard.ru/index.php?p=mpages&id=68#2

_________________
La fleur de l'illusion produit le fruit de la réalité...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 26 апр 2008, 16:12 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 27 дек 2007, 01:38
Сообщения: 552
Слово о светлой печали

...Легендарная Утопия обрела видимые границы. Они мелькнули тенью на стене пещеры, но все же успели превратиться в желанный край для целого поколения русских интеллигентов. Этот поколение британский драматург Том Стоппард легким росчерком пера превратил в героев своей новой драмы «Берег Утопии». Ее долгожданная российская премьера состоялась 6 октября 2007 года в Российском Академическом Молодежном Театре.

«Честно говоря, в большей степени это пьесы об идеях», – признается сэр Стоппард в одном из интервью. Но при этом добавляет, что «чистое изложение идей – это ведь театр довольно скверный», поэтому главным в своей новой пьесе считает именно «интеллектуальную жизнь русских радикалов на фоне их личной жизни». Российскому зрителю, не привыкшему к зрелищу подобного масштаба (9 часов действия с антрактами, почти 35 лет истории жизни героев), остается только смело довериться «капитану» спектакля Алексею Бородину и занять свое место на корабле.

Главные герои трилогии – знаменитые русские мыслители XIX века, труды которых многие из нас «проходят» еще в школе и благодаря чему фактически ничего о них не знают.

Михаил Бакунин, Александр Герцен, Николай Огарев, Виссарион Белинский, а также их возлюбленные, родственники, друзья и оппоненты предстают перед зрителями «настоящими живыми людьми», не чуждыми ни одному из человеческих чувств.

Их «личная жизнь» подчас чересчур личная. Зрители, не знающие подробностей биографии Михаила Бакунина, ахают, наблюдая за сценой его удивительно нежной ревности к родной сестре. А возвышенно-утонченный аристократ Тургенев не без гордости вспоминает свой «роман» с неграмотной мельничихой. Вообще лирическая линия пьесы удивляет постоянной балансировкой «любовь небесная – любовь земная». Увлечение Натали Герцен немецким поэтом Гервегом (эстетом, гордецом и трусом) сложно было бы назвать возвышенным чувством, если бы сама героиня Нелли Уваровой не повторяла этого бесконечно, не страдала от необходимости «раздать» свою душу сразу двум мужчинам. Жертвенный поступок Вареньки, вышедшей замуж за офицера кавалерии Дьякова (вместо брака ее сестры с кавалеристом Ренном) не оправдывает себя и никому не приносит желанной радости. Пламенная любовь Белинского (Евгений Редько) к литературе, за которой он «поднимал все платочки, которые она роняла», постепенно разрушает мир не только в нем самом, но и в душах его преданных читателей.

У неискушенного зрителя может возникнуть соблазн разыскать в спектакле тайны «иностранного взгляда» на русских. Мол, это же суждение со стороны, а на самом деле они – Герцен, Станкевич, Белинский – не были такими, и мы не такие, их потомки. Им не положено быть беспомощными, ревнующими (а тем более пить спирт из пробирок), нам не положено соглашаться с тем утопическим бредом, который они подчас несут. Известно же, что история безжалостно разрушит эти умозаключения... Но Стоппард не задавался целью изобразить «как могло бы быть, если...», а тем более осуждать своих героев (несмотря на его безграничную английскую иронию). Еще просматривая программку, зритель нацеливается на сюжет о «наших классиках», забывая о том, что Стоппард и сам «классик» постмодерна. Традиционный «почерк» автора интеллектуальных, абсурдистских сюжетов, наполненных игрой противоречивых смыслов, в «Береге Утопии» подстраивается под «мемуарную прозу», тем самым вводя в заблуждение. Сюжеты из жизни главных героев тесно переплетены с малоизвестными интимными подробностями и историческими событиями. Для восстановления связи между этим многообразием приходится тренировать внимание. Место действия меняется в основном за счет света, полутонов в костюме, голоса героев. Внешнее – условно.
Что касается «интеллектуальной жизни» русской интеллигенции XIX века, то ее основные направления переданы весьма подробно. От либерализма и радикализма первых десятилетий (Чаадаев, Бакунин), развития русского западничества (Герцен, Огарев, Тургенев) и славянофильства (Аксаков) до «теургического беспокойства» Чернышевского и различных молодежных кружков 60 – 70-х гг. XIX века. Все важные для пьесы идеи дословно пересказаны Стоппардом. Причем пересказ выполнен в контексте, заостряющем внимание на той или иной идее (этому способствуют многочисленные флэшбеки, сны наяву, «персонажи-двойники» и т.д.). Герои спорят во сне и наяву, говорят много и со вкусом. Каждое их воспоминание полно сосредоточенной рефлексии, что подчас приводит к некоторому «провисанию» действия. Спектакль становится «словоцентричным». Он и сам полностью «совпадает» с текстом, и его герои живут словом, постепенно из «живых людей» превращаясь в словообраз. По сути, так был реконструирован герой Александра Доронина Николай Станкевич (о жизни которого известно лишь из воспоминаний современников). Да и сам Герцен (Илья Исаев) к концу спектакля «опустошается», превращаясь из задумчивого, в меру эмоционального юноши в непрерывный «поток сознания». И если Стоппард, полноправно считает свое творение «комедией», то в постановке Бородина оно превращается в драму, полную «светлой грусти».

Слово запечатленное окружает героев Стоппарда повсюду. Сцена устлана листами бумаги, «деревянные скрижали» на заднем фоне подсвечены автографами Герцена – удивительная метафора пророческих «огненных письмен» на стене…

Кстати, о метафорах. Спектакль получился более символическим, чем сама драма. Причина тому – переплетение традиций русского театра с традициями западной драматургии. Стоппард с удовольствием «разбавляет» трагичные ситуации английским юмором, но общая атмосфера трагедии при этом не разряжается. Герои за чашкой кофе непринужденно философствуют о «внешнем бытии», а жизнь (крестьяне, рабочие, солдаты – массовка заслуживает отдельной похвалы своей энергии) стремительно захватывает их в свой поток. И вот уже восхищение Французской революцией сменяется горечью разочарования и ужасом террора, презрение к «чиновничьей России» – неутолимой тоской по дому. В таком водовороте важно не забыть свое «я», успеть прочесть очередной «знак судьбы»… Художник Станислав Бенедиктов делает эти «знаки» сквозными, почти неуловимыми. «Семейное гнездо» в мгновение ока превращается в призрачный корабль, или в пропасть (мизансцена, в которой Тургенев застывает над ревущим водопадом), или в площадь, по которой гуляет «призрак коммунизма».

Этот зыбкий мир, полный внутренних и внешних противоречий, также находит воплощение в многообразии героев-двойников. Герцен хранит единственную перчатку своего утонувшего сына, обнищавший «вождь великой Польши» граф Ворцель тоже носит одну перчатку. Нелепость столь незаметного предмета гардероба становится символом упорядоченного быта (две перчатки – цельность, естественность жизни, одна – гибель). Часы без стрелок, шикарная обрушившаяся люстра, грибы, которые все никак не соберутся в корзину – это мелочи, превращенные в «зеркало сознания» путешествующих к Берегу Утопии. Возглавляет символический ряд пьесы Рыжий Кот – пожалуй, самый противоречивый и нераскрытый образ, дающий волю зрительскому воображению (кто он – воплощенный Абсурд? Молох?). Натали Герцен и Натали Пушкина – это «рифма» Стоппарда. Бородин «рифмует» жену Герцена с Наташей Тучковой (женой Огарева) и Мэри Сетерленд (любовницей Огарева). Мать Михаила Бакунина и «немка в изгнании» Мальвида, гувернантка Герцена (Лариса Гребенщикова), чье знакомство в жизни было невозможно, удивительно близки в своем трепетном отношении к «упорядоченному быту».

Но если быт упорядочить еще можно, то спокойное бытие на Берегу Утопии невозможно в принципе. Герои стареют, их дети не разделяют отцовских идеалов, благо, говорят еще по-
русски… Любовные треугольники разбивают своими острыми углами самые верные сердца. Квадратура круга не поддается измерению самыми точными европейскими науками. Что же остается? Орхан Памук в одной из своих книг предположил, что «ничего кроме слова – кроме утешительного слова». И есть резон с ним согласиться. Потому что никакие Утопии, даже самые радужные, никогда не заменят людям ни реального бытия, ни быта со всеми его мимолетными радостями и скорбями. Забывать о тех, кто ценой собственной счастливой судьбы заплатил за горечь этого знания, означает создавать свою личную Утопию. Но это уже совсем другая история…
Наталья Ворожейкина
Тольяттинский государственный университет,
Гуманитарный институт
http://www.stoppard.ru/index.php?p=mpages&id=68#2

_________________
La fleur de l'illusion produit le fruit de la réalité...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 27 апр 2008, 16:29 
Не в сети

Зарегистрирован: 05 янв 2008, 20:28
Сообщения: 491
Агнесса писал(а):
Ой, мою рецензию опубликовали..)

Эта рецензия - одна из лучших. По крайней мере, мне она ближе других. По чувству, по личному "итогу" "Берега". По языку, наконец. :) Там нет ни "мистериальных действ", ни "зооморфных персонификаций информации". Зачем так умствовать? Любую мысль можно выразить нормальными человеческими словами.
Она в чем-то наивна. :) Было забавно отметить, что даже режиссер с драматургом имеют отношение к созданию спектакля - а об этом могут забыть.
Агнесса писал(а):
Обязаны вы этим труду очень многих людей. Работа большинства из них скрыта от глаз зрителей и о ней часто несправедливо забывают. К ним относятся художники по костюмам, свету, создатели декораций и музыки, даже режиссер с драматургом.

Но искренность, живая реакция подкупают. Наверное, это больше отзыв, чем классическая рецензия, но для меня он ценнее. Краткая повесть о том, как мы... может, не преодолели невежество, но встали на этот путь. У нас нет литературы, но есть начало литературы. "Русская литература в 1840 году". Белинский. :)


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 27 апр 2008, 22:09 
Не в сети

Зарегистрирован: 05 янв 2008, 20:28
Сообщения: 491
Вот этого, кажется, не было:

Заглавие статьи: Том Sтоппарd. Береg Утопiи. Российский академический молодежный театр
Автор: Светлана Васильева
Источник: Знамя, № 3, Март 2008, C. 222-225


Ниоткуда с любовью
Широкомасштабный культурологический проект, инициатором которого выступил РАМТ (Российский академический Молодежный театр), имел прицел общеобразовательный и сопровождался в течение 2006 - 2007 годов встречами в ведущих вузах Москвы, конкурсом студенческих работ, "круглыми столами" с привлечением известных историков, политологов, философов. Интерес к будущей театральной премьере, девятичасовой трилогии "Берег Утопии", рос как на дрожжах, подогреваемый появлением самого автора, всемирно известного драматурга и сценариста Тома Стоппарда. Он принимал участие во встречах и репетициях, путешествовал на реально существующий "берег утопии": в музей Герцена на Сивцевом Вражке, в бывшую усадьбу Бакуниных Прямухино, что в Тверской губернии.

Так, в сущности, и должен делаться настоящий проект, обрастая жизненными подробностями и общими интересами. Театр - искусство изначально коллективное, площадное; только вот чем оно нас зазывает, каким образом захватывает, окончательно становится ясно лишь на премьере: "здесь и сейчас".

У Стоппарда менее всего нам заданы "драма идей" или литературная парабола. Это задание попросту не покрыло бы исторического замысла и не открыло сильно "замыленный" глаз российского зрителя, уставшего от бесконечных телешоу-дебатов.

Драматург так формулирует свой давний принцип: "...основной заботой автора остается эта особая форма, когда множество людей сидят в большой комнате, глядя на несколько других людей, которые притворяются кем-то еще (выделено мною. - СВ.), и для тебя важнее всего - просто удержать в этом жизненную искру, а потом заставить ее расти и развиваться. Цель этого упражнения - рассказать историю".

Разрушить публичное "притворство", дав иллюзию, которая считывалась бы как жизнь, живее жизни, - задача поистине шекспировская. Внятно рассказать нынешнему зрителю (или читателю) историю от начала до конца, казалось бы, куда проще. Но именно эта наррация труднее всего дается российскому театру и литературе. Склейка разнородных сюжетов, крошащийся цемент "художественных приемов", парочка ходовых "идеек" - и спектакль легко можно вычислить и вообще не смотреть дальше, а книгу не читать: не для вас же рассказывается.

Повествовательный дух истории, которая длится, доставшийся нам от литературы XIX века, - главный стоппардовский "вызов" сегодняшнему.

У спектакля Молодежного театра свой способ рассказывания - о месте, которое было и которого нет. Рукописные слова на заднем фоне сцены - не слова, а блики. Бесценные ныне книжки, листки рукописей разбросаны на полу, как после уроков. Дощатые щиты заслоняют какую-то центральную конструкцию: паруса корабля? сваи? крест? Да нет, просто палуба, плещут волны, бьют "склянки". А то вдруг выстрел, завывание ветра и вьюги в дворянском поместье, увиденном из "прекрасного далека"... Время в спектакле постоянно возвращается к каким-то исходным точкам и сюжетам (излюбленный стоппардовский "флэш-бэк"). Для театра такие сюжеты - "чеховский" и "диккенсовский". Ведь здесь, на этой сцене, играл и своего Диккенса, и своего Чехова МХАТ Второй, закрытый в 1936-м по причинам, не доступным здравому смыслу. Здесь с 1924-го исполнялся "Сверчок на печи", пронизанный поэзией простых человеческих чувств, а на деле исповедовавший истину крупную, библейскую. О том, как видеть "лицом к лицу", а не "через пыльное стекло".

И потому на сцене - дети, непременные участники спектакля, и его чистый тревожащий звук. Они оттуда, из того контекста, где "детское" могло быть синонимом истинного, а могло приравниваться к "рабскому", легко становясь предметом идеологических манипуляций; былые же ученики разбредались "как овцы, не имеющие пастыря".

Но вот чудо театральных превращений, которыми так хорошо владеют в Молодежном театре: мы, наученные в школе Огаревым и Герценом с их клятвой на Воробьевых горах, "неистовым Виссарионом", поучавшим аж самих Пушкина с Гоголем, - мы вдруг ощущаем этих могучих анархистов, социалистов, нигилистов не "отцами", а почти что собственными детьми. Они как будто меньше, слабее нас, и тем нам дороги.

Иллюзия комнаты. Утопия Дома. Возвращение идей - бумерангом.

Думаю, что в этом возвратном движении есть и своя отводящая сила. Не только потому, что не войдешь в одну и ту же реку дважды, не причалишь к берегу единой культуры. Просто создатели спектакля, да и мы, зрители, хорошо знаем, сколько дверей в свободном культурном пространстве было для нас закрыто.

Переводчики пьесы после некоторых колебаний вежливо прощаются со стилизованным "под XIX-й век" языком документа. Избирается принцип обратного или "культурного перевода" (Ю. Лотман). Политфилософская риторика статей, идеологический запал переписки вводятся в оборот современной культуры, становясь частью живой речи.

Герои спектакля не только говорят, они и действуют с некоторым "акцентом". По сцене ходят не "портреты", а живые, милые люди - молодые гистрионы. Порой наши герои что-то чересчур напоминают представителей "Могучей кучки" из советских фильмов 50-х годов, то и дело сталкивающихся на дорогах жизни, чтобы с места в карьер вести умные разговоры "о высоком". Но прием этот в спектакле, кажется, сознателен. Он тянется от литературных анекдотов Хармса (и его подражателей) о Пушкине и других русских классиках. Надо лишь помнить, что "анекдоты" эти придумывались в ощущении не только закрытых дверей, но и полной непроходимости гуманистических идеалов высокой литературы в советскую действительность. Ужас от зияния времени, куда проваливается не столько право гения на творчество вместе со всеми "правами человека", сколько сам человек целиком, - веселый этот ужас надолго поселился в анналах современного российского постмодерна...

Мне отчасти понятна негативная реакция некоторой части критики на всю эту "хармсовщину". Возможно, для кого-то "двери" никогда и не закрывались, никакого зияния не было. Только меня-то театр убеждает. "Спотыкания" Белинского о Герцена - наш домашний абсурд, высокое в виде смешного, даже идиотического. Жизнь-"недотепа", по тому же Чехову. И мы должны испытывать (и испытываем) определенную душевную неловкость в присутствии отечественных риторов, которые все же и жили, и умирали, и приносили свои жертвы отлично от нас.

Я не берусь отвечать на вопрос, было ли их философическое горение источником будущих революционных катаклизмов, большого террора и рек чужой крови. Скажу лишь, что механизмы искажения и извращения любой идеи, через глупое обезьянничество и самоупоенное глумление, нам хорошо известны; они успешно действуют на всех уровнях наших "дискурсов" и дичающих "семантических полей".

Объективности ради надо сказать, что подсознательное и метафизическое дается театру хуже, чем "домашнее". Стоппард, вслед за Сартром и Беккетом, является создателем языка новой драмы XX века - языка изматывающих интеллектуальных выкладок, временных пустот и мерцающих в пустоте истин. Это его "Розенкранц и Гильденстерн" были написаны о временах "никаких", когда посредственности становятся героями вместо Гамлета. И это именно у Стоппарда почему-то возникает устойчивая тема России и "русского" - кажется, впервые во всей западной литературе, со времен долго живших в России девятнадцатого века братьев де Местров, Жозефа и Ксавье.

"Десять лет назад имена Александра Герцена, Николая Огарева, Виссариона Белинского у меня ни с чем не ассоциировались, а имя Михаила Бакунина ассоциировалось лишь с ранним периодом анархизма. [...] Я узнал об этих людях из статей Исайи Берлина..." - пишет драматург.

Берлин и ввел выражение "эффект бумеранга" применительно к способу бытования идей. Так что, кроме документального комментария к истории XX века, трилогия Стоппарда скреплена еще и авторским взглядом на историческое. В этом взгляде в какой-то мере отражен опыт исследователя, сочетавшего "ясность британского либерализма с антиутопическими уроками русской истории..." (А. Эткинд). Однако берлиновское "негативное" понимание свободы у человека театра нынче обрастает плотной образностью; в буквальном смысле слова разворачивает плоть.

Стоппард рассказывает нам не о взыскании идеала и не о судьбах либерализма - о человеке. Понятие страшно размытое и не вполне определенное даже с биологической точки зрения. В. И. Вернадский, к примеру, смог дать лишь одну дефиницию человека: как нарушителя природного равновесия... Вот тут-то и появляется стоппардовский Рыжий Кот диалектики. Он, похоже, себе на уме, знает про нас что-то свое. Может быть, про то, что и одного удара колокола достаточно для человеческой жизни? А может, про мягко крадущуюся тишину, безмолвие мысли...

В этом представлении много игры слов, абсурдно-веселой абракадабры, британского здравомыслия внутри "трансцендентальной", романтической иронии. Однако все это - и ирония, и абсурд, и искренний интерес к русскому философствованию - лишь затем, чтобы с подмостков театра нам так ясно и внятно было сказано: Россия - не утопия. "История России - это непрерывно развивающееся повествование. И в центре этого повествования находится дух индивидуума, который пытается выразить себя, в то время как над ним нависает устрашающая тень обезличенной власти". (Стоппард).

Вот и получается, что все сказанное не "ниоткуда" - из России и в Россию, с любовью.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 27 апр 2008, 22:47 
Не в сети

Зарегистрирован: 05 янв 2008, 20:28
Сообщения: 491
Откуда такие литературные критики берутся?..

Заглавие статьи: ЗАМЕТКИ НЕТЕАТРАЛА
Автор: ЛЕВ АННИНСКИЙ
Источник: Свободная мысль, № 2, Февраль 2008, C. 125-134

Что же нам делать с Россией?
Алексей Бородин, поставивший на сцене Московского молодежного театра "Берег> <утопии>", знает, какой вопрос способен удержать этот гигантский театральный проект (10-часовое представление, 3 пьесы на подхвате, 6 частей, 70 картин, 70 персонажей, 35 лет русской и европейской истории).

Вопрос такой: есть ли какая-то реальность в той реальности, которая окружает нас повседневно и дана нам в ощущениях? Или ее нет?

Ответ: ее нет. Она ускользает, как ускользают кавалеры от нарядно одетых девиц в беседках и на дорожках бакунинского дореформенного имения, занятые тем самым вопросом. Они решают, кто лучше укрепит их убеждение в отсутствии российской реальности: пылкие французские революционеры или методичные германские философы?

Реальность таится на заднем плане - оттуда набегают крепостные мужики, чтобы ловко сменить декорации; песни этих мужиков тревожно непонятны из-за неизъяснимости смысла слов.

А на просцениум выбегает еще одно действующее лицо - с баулами и связками книг, спотыкается, летит кубарем, вскакивает, налетает на стулья и говорит что-то бредовое.

"Белинский!" - радостно узнают его хозяева и почтительно вслушиваются в бред:

- Сумароков давно превзошел Расина и Корнеля, а литературы на Руси все еще нет!

Никто не ищет логики в этом пламенном монологе. И правильно: никакой логики у неистового Виссариона нет и сроду не было, а была гениальная одержимость, за каковую и прозвали его Неистовым.

Тут появляется второй главный герой - разбуженный декабристами Герцен:

- Так что же нам делать с Россией?

Публика в зрительном зале (за годы демократии несколько подзабывшая школьные курсы советских времен) вслушивается в их спор с интересом и аплодирует доводам, которые полтораста лет назад принесли их авторам всероссийскую славу, а теперь помогают нам смеясь расстаться со своим прошлым.

Русские на сцене машут триколорами, поют Марсельезу и пьют за гегелевские философские категории. А я соображаю, в чем смысл драмы.

Белинский безумен и потому счастлив.

Герцен умен и потому несчастен.

Он несчастен изначально и окончательно. Непоправимо. Потому что носит в себе эту русскую реальность. Которой нет. А если она есть, то умом ее лучше не понимать. А только верить. На беду свою Герцен понимает. Легендарная русская всеотзывчивость оборачивается для него: в быту - перекрестным спаньем в дружеских постелях, идейно - бешеной взаимной ненавистью русских бунтарей, которые никак не поделят несуществующую иллюзорную реальность, а заодно - реальные франки-марки, увы, необходимые на житье в эмиграции.

Между революционными франками и философскими марками ищу третий угол - тот угол зрения, из которого первые два отсвечивают таким веселым абсурдом. Ищу третью точку опоры. Третью составную часть (как это там у Ленина?) победившего в России марксизма плюс к завалам марсельско-парижских баррикад и увалам йенско-берлинских умозрений - что там? Ах да, практическое английское здравомыслие, в соединении с фирменным английским же юмором позволявшее на брегах Туманного Альбиона собирать обломки русских утопических экспедиций в будущее и возвращать нашим опьяненным первопроходцам чувство реальности.

Том Стоппард (самый знаменитый из ныне действующих британских драматургов) - вот кто не пожалел десяти лет жизни, чтобы создать "Берег утопии", этот сценический марафон, достигший наконец и наших подмостков.

Ищу в генах проницательного британца что-то славянское. Что, может быть, и позволило ему так почувствовать нашу боль.
___________________________________________________________
АННИНСКИЙ Лев Александрович - литературный критик, публицист


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Пресса о Береге Утопии (статьи, интервью, ЖЖ....)
СообщениеДобавлено: 28 апр 2008, 12:49 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 дек 2007, 03:12
Сообщения: 27
Откуда: Москва
Кареглазая, спасибо тебе большое! Мне очень-очень дороги твои слова!
Я на самом деле много пишу, но стиля своего стесняюсь.. поэтому не публикую ничего. В дневнике только если.
СПАСИБО!
*сорри за оффтоп)


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 74 ]  На страницу Пред.  1 ... 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Перейти:  
cron
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB